dennisdrums since

История появления барабанов в России

Сергей Мищенко

Барабаны в России появились в XVII веке, хотя многочисленные источники дату появления барабана передвигают вглубь веков, присваивая название «барабан» более старинным инструментам. Это, как правило, связано с ошибками перевода древних источников. Они представляются в адаптированном к нашему времени виде, и переписчики, желая быть понятыми, ошибочно присваивают современные названия старинным инструментам.

Появление барабанов на территории государства вовсе не означает их вхождение в культуру и быт народа. Процесс признания этих инструментов, в том виде как мы себе их представляем, растянулся в России на целый век.

Изучению истории появления и признания барабанов в России и посвящена данная работа. В ней рассматривается история только барабанов, а не всех ударных мембранных инструментов, известных к тому времени. Рассказы о тулумбасах, набатах, бубнах, накрах и др. остается за скобками данного повествования.

Историю барабанов нельзя рассматривать отдельно от истории развития самого общества, поэтому необходимо выделить те сферы, которые могли бы явиться толчком и оказать наибольшее влияние на их развитие. И таких возможных областей всего три: религиозная жизнь, светская жизнь и военное дело.

Светская и религиозная жизнь в России до конца XVII века исключали возможность использования инструментальной музыки, так как Московское православное княжество придерживалось взглядов первохристиан. «Домострой» считал игру на музыкальных инструментах «грехом равным пьянству», а тех, кто был почитателем этого искусства, православное духовенство причисляло к язычникам и богохульникам, отвлекающим людские души от бога. Только церковное многоголосное пение считалось музыкой, достойной христианина, только церковную музыку надлежало ему слушать и петь. Крестьянам и городскому люду под угрозой штрафа запрещалось держать у себя музыкальные инструменты, тем более играть на них. «Чтобы они (крестьяне) бесовские игры в сопели и в гусли и в гудки и в домры не играли и в домах у себя не держали… А кто, забыв страх божий и смертный час, учинит играть и всякие игры у себя держать — править пени по пяти рублев на человека». (Из юридических актов XVII века.). Постановления Стоглавого собора 1551 г. запрещали всякие игрища «и в гусли, и в смычки, и сопели». Борьба с музыкальными увеселениями нашла отражение в литературных памятниках, в которых музыкальные инструменты выступают предметом идолослужения, бесовским атрибутом. Так в житии Исаакия рассказывается об искушении его бесами, которые глумились над ним, играя на разных инструментах — «ударища в сопели и в гусли и в бубны». О скоморохах митрополит Иосаф писал Ивану Грозному: «Бога ради, государь, вели их извести, кое бы их не было в твоем царстве…». По царским указам 1648 г., скоморохи со своими «бесовскими играми» и соучастники их «богомерзкого дела», т.е. зрители, подлежали наказанию батогами и ссылке. Музыкальные инструменты, скоморошьи маски и все, связанное со скоморошьими играми, царские грамоты предписывали ломать и жечь.

Церковь условно делила музыкальные инструменты на две группы: хорошие и бесовские. К «хорошим» относились используемые в армии «тулумбасы, набаты, накры, трубы (сурны) и другие. К «бесовским» — музыкальные инструменты (бубны, сопели и др.), используемые при языческих народных гуляниях и скоморохами. Так, в древнерусской учительной литературе труба, «собирающая воинов», сравнивалась с молитвой, собирающей ангелов божих, а сопели и простонародные гусли считались «орудиями», «собирающими бесстыдных бесов».

Осмысливая выше сказанное, становится понятным, что до конца XVII века (времени начала петровских реформ) не могло быть и речи о появлении и развитии музыкальных инструментов, барабанов в том числе, ни в светской, ни в религиозной жизни России.

Таким образом, остается единственная область возможного появления и развития барабанов — это военная сфера. Именно здесь необходимо искать причины и корни появления барабанов. Поэтому рассмотрим, какие сигнальные приспособления использовались в армиях различных стран и более детально рассмотрим историю развития военного дела на Западе и на Востоке.

Широкое применение пороха и огнестрельного оружия стимулировали развитие военного дела, начиная с XIV века. Последующие два столетия упорной межгосударственной борьбы и конкуренции привело к расхождению восточной и европейской военных традиций. Если в Западной Европе ставка была сделана на развитие пехоты, то Восток ориентировался на иррегулярную конницу. Это обуславливалось как многовековой военной традицией, так и особенностями театра военных действий.

Россия испытывала влияние обеих военных школ. Однако поскольку в XV – XVI веках для неё основными противниками были кочевники и Великое княжество Литовское, то она в конечном итоге взяла на вооружение опыт восточной военной традиции. Главная идея, на которой базируется эта модель, – доминирование в структуре вооружённых сил лёгкой иррегулярной поместной конницы, дополняемой отрядами пехоты с огнестрельным оружием и артиллерией.

Управление тысячными конными массами требовало большого разнообразия приёмов. Замысел боя обычно обсуждался воеводами и головами на общем совете, где устанавливали боевой порядок, последовательность действий и условные сигналы. Зрительные сигналы передавались знамёнами разного рода. Знамёна обозначали место нахождения – воеводы и его ставки, либо передвижения сотен. При стремительных конных манёврах знамёна помогали ратным людям следовать за своим сотенным головой, что было очень важным в степной войне. Также в начале похода и непосредственно перед боем военачальники договаривались об условных сигналах – так называемых «ясаках». В широком смысле под ясаками понимались условные сигналы, подаваемые как звуком, так и визуально (знамёнами или бунчуками). Однако в военной практике собственно «ясаками» назывались звуковые сигналы.

При воеводской ставке был полный набор сигнальных инструментов, необходимых для отдачи сигналов. Он включал в себя набат, накры, сурны. До появления барабанщиков сигналы в русской армии подавались нестроевыми лицами (набатчиками, накрщиками и т. д.). «Роспись ясакам» царского стана (1655г.) упоминает об особых сигналах, отдаваемых при помощи этих инструментов, для выступления в поход, для тревоги — «всполоха», для сбора сотенных голов к государеву шатру, для выступления очередных сотен для охраны царского выезда. На исходе XVI в. «большие дворяне» могли возить при седле маленький медный «ездовой тулумбас», «в который они бьют, отдавая приказание или устремляясь на неприятеля».

Вот что писал в конце XVI века иностранный наёмник Жак Маржет: «… трубачей и барабанщиков у них нет… Помимо этого каждый генерал (воевода) имеет свой личный, как они говорят, набат. Набат — это медные барабаны, перевозимые на лошадях, и у каждого их десять или двенадцать, и столько же труб и несколько гобоев. Всё это звучит лишь тогда, когда они готовы вступить в бой, или во время какой-нибудь стычки, за исключением одного из набатов, в который бьют, чтобы выступить в поход или садиться на коней».

Особо стоят ритуалы, используемые при смотре полков. В «Записи о вступлении князя Б. А. Репнина на государеву службу» говорится о том, что в Белгороде на Каменном мосту при смотре полка в походной колонне участвуют – 11 трубачей. 2 литаврщика, 1 набатчик и 1 сурнач; у Сукина – 6 трубачей и 2 сурнача; у Микулина – 5 трубачей, 1 сурнач и один литаврщик. Здесь представлены личные нестроевые сигнальщики военачальников, участвующих в смотре, и среди них нет ни одного барабанщика.

Все элементы вышеописанной системы отдачи команд и сигналов начинают упоминаться в отечественных источниках в 1480-х – 1550-х гг. Основные термины, такие как есаулы и ясаки, а также сигнальные (музыкальные) инструменты происходят из Средней Азии, точнее, из боевой и охотничьей практики государств Тимуридов. Для того времени они располагали наиболее развитой системой командования большими массами конницы, и выбор московских военачальников был вполне обоснован.

Из вышесказанного можно сделать вывод: зрительная и звуковая система оповещения русских войск до конца XVI века не имела на своём вооружении ни барабанов, ни барабанщиков. Барабаны могли быть востребованы лишь при наличии профессионально обученных и высоко дисциплинированных солдат и барабанщиков.

Ранее упоминалось, что Европа сделала упор на развитие пехоты. Эпоха регулярных Европейских армий началась с разгрома рыцарских отрядов. Профессиональных воинов — индивидуалов победила правильно организованная пехота.

Основными чертами войск нового типа стала устойчивая организационно-штатная структура, частичное или полное государственное обеспечение, унифицированное вооружение и снаряжение, отход от сословного комплектования, современные средства войсковой связи. В книге «Искусство войны» Макиавелли приводится: «… четвёртое упражнение – научить солдат понимать распоряжение командующего по звуку музыки или движению знамени… особенно важны распоряжения, подаваемые музыкой… при начальнике батальонов… находятся барабанщики и флейтисты… звуком трубы командующий укажет, должны ли войска стоять на месте, идти вперёд или отступать, надо ли стрелять артиллерии; разнообразие трубного звука ясно покажет солдатам все необходимые движения, а после труб ту же команду повторят барабаны…».

 
Рис.1 Оперативная группа управления отрядом: флейтист, знаменосец, барабанщик. Гравюра первой трети XVI в.
 

Основной и первоначальной функцией музыки является подача сигнала. В военной музыке, история которой доподлинно известна нам лишь на протяжении примерно трёхсот лет, мы повсюду видим «первую ступень» военной музыки – сигнальную службу — служившую для передачи войскам команд с помощью музыкальных инструментов. То есть, говоря о военной музыке, мы имеем в виду, прежде всего сигнальную службу.

Сложные перестроения всем строем требовали ритмичности движений. Ротные оркестры, в особенности барабаны, стали основным видом оперативного управления войсками на поле боя. Конечно, каждая национальная армия имела своё построение, свои сигналы управления войсками, но барабаны прочно заняли своё место во всех Европейских армиях, как самый надёжный элемент звуковой связи.

Появление огнестрельного оружия, хорошо организованных профессиональных солдат (наемников) привело и к появлению профессиональных барабанщиков. Когда роль наёмников и огнестрельного оружия стала решающей силой на поле битвы, то возникла и новая форма военной музыки. Каждый отряд или рота получили собственное музыкальное сопровождение — барабанщика, отбивающего ритм, и «музыканта» (флейтиста). Рис.1

Первыми профессиональными наемниками стали швейцарские пехотинцы, отличавшиеся особой жестокостью в боевых действиях. Они впервые применили барабаны для передачи сигналов-приказов. Битва за Семпак в 1386 г. была первым зарегистрированным в истории прецедентом использования барабанов в военной кампании. Вот почему именно швейцарцы претендуют на первенство в применении барабанов в военном деле. В 1588 г. была издана книга «Оркестрография» Арбо. В ней он описал «Швейцарский Удар» (Swiss Stroke) и «Швейцарский стремительный удар» (Swiss Storm Stroke). Эти удары были представлены в различных комбинациях, однако аппликатура для них не указывалась. В руководстве для барабанно-флейтовых оркестров доктора Фрица Бергера под названием «Базельское барабанное искусство» приводятся примеры из ранней истории, а также картинка барабанно-флейтового оркестра, изображенного на здании, относящемся к 1525 году.

Первая задача зарождения барабанных приёмов, состояла в том, чтобы установить среди барабанщиков единообразие, используя в военных оркестрах равное количество барабанщиков и флейтистов. Барабанщики должны были играть в унисон. Все это было около четырехсот лет назад. Нотное письмо, каким мы его знаем сегодня, в то время не было известно. Барабанщики играли наизусть – по звуку, по памяти, как, например: tra-da-dum, tra-da-dum, tra-da-dum-dum-dum. Длинная дробь тогда выглядела как da-da-ma-ma и начи-налась с левой руки, чтобы с самого начала тренировалась более слабая рука. Основные же барабанные сигналы, например, «Готовность», «Внимание», «Атака», «Марш» сформировались только в XVII веке.

К концу XVI века немецкие наёмники – ландскнехты доминировали на Европейском театре военных действий и соответственно диктовали моду на применение барабанов. Так, на роту ландскнехтов численностью 400 человек приходился ротный оркестр, в состав которого входил один барабанщик, хотя каждая национальная армия имела свой состав.

Формы одежды барабанщиков была вольной, однако все наёмники одевались весьма богато. Все ландскнехты имели один статус («солдат»), имели свою юстицию, иерархию, обычаи и даже фольклор. Они носили пеструю вызывающую одежду из награбленного, ибо были свободны от предписаний внешнего вида сословий. Костюм из бархата, парчи или шелка с широкими рукавами, штаны с гульфиком и массой разрезов, огромная шляпа со страусиными перьями намеренно шокировали окружающих, подчеркивая независимость наемников. Император Максимилиан сказал: «Их жизнь коротка и уныла, а великолепная одежда — одна из немногих радостей. Пусть носят».

 
img class=»alignleft» src=»/wp-content/uploads/2012/12/history2.jpg» alt=»» width=»399″ height=»216″ />Рис.2 Гравюра «Пять Ландскнехтов» Даниэль Хопфер (XVI век). На гравюре представлены все члены банды (так официально назывался отряд наёмников) ландскнехтов: мушкетёр, флейтист, барабанщик, знаменосец, пикинёр.
 

У средневекового барабана не было определенной формы или размера. Основными его характеристиками были цилиндрический корпус и два кожаных дна, скрепленных между собой веревочной перетяжкой. Барабанщик мог менять натяжение кожи, изменяя длину веревки или шнура. Первоначально на барабане играли одной рукой (в другой часто была свирель или флейта), позже стали применять обе руки. Для игры на барабане пользовались деревянными или костяными палочками. Особые приемы игры (дробь, тремоло, короткие удары) развились первоначально для практических военных целей: подбодрить своих и испугать противника. Именно с этой целью игра на военном барабане часто сопровождалась пронзительными звуками флейт.

 
Рис.3 Барабан немецких наёмников — ландскнехтов троммель (от нем. военный барабан).
 

Россия в XVI веке имела свою военную доктрину, резко отличающуюся от Европейской, и использовала свои звуковые средства оперативной связи – набаты, тулумбасы, накры. Барабаны в военных действиях не участвовали. И лишь позднее, заимствование новейших военных технологий Запада привело к появлению барабанов и в России.

 

Появление барабанов в русской армии

Русская армия в конце XVI начале XVII веков не выдерживала столкновений с современной военной машиной – реформированной по западному образцу армией Речи Посполитой. Именно в этих армиях отводилась важная роль системе средств оповещения. Вековой исторический опыт европейских армий позволил создать современную систему воинского оповещения, которая постоянно шлифовалась в бесконечных сражениях. Важное место в этой системе занимали барабаны. Западная школа военных барабанщиков, имевшая уже и теоретическое обоснование, получила признание современников, а барабанщики выделялись среди остальных воинов.

Перед Россией в начале XVII века стояла трудная задача. Для борьбы с Речью Посполитой необходимо было реформировать армию по европейскому образцу, создать свою новою систему связи в войсках, включая обучение барабанщиков, используя при этом современный европейский опыт. Барабаны рассматривались как необходимый, и неотъемлемый элемент новой армии, и только в этом качестве они могли войти в её состав. Таким образом, только при проведении реформы в армии, возможно, было и появление барабанов. Это, собственно, в дальнейшем и подтвердила история России.

Столкновение «заточенной» под противодействие легким иррегулярным конным армиям татар и литовцев русской армии XVI века с реформированной армией Речи Посполитой завершилось для России весьма печально. Нужно было найти действенное средство против военной машины Речи Посполитой. Такое противодействие было найдено в использовании опыта европейской военной школы Нидерландов. В армии начались реформы, которые продлились практически весь XVII век. Реформы проходили в 3 этапа.

 

Первый этап реформирования русской армии

Первый этап реформирования начался во время смуты в начале XVII века. Ведущая роль в формировании новой российской армии принадлежала знаменитому полководцу Михаилу Скопину-Шуйскому (рис. 4). Он был назначен воеводой, возглавившим объединённое войско русских воинов и наёмников, для борьбы с захватчиками.

 
Рис.4 «Князь Михаил Васильевич Скопин-Шуйский». Литография, 1876 г.
 

Участвуя в сражении под Тверью 11 июля 1609 года, он обратил внимание на стойкость пехоты иностранных наёмников. В отличие от разбитой в начале сражения конницы наёмников, пехотинцы-наёмники, находясь в центре сражения, раз за разом отбивали атаки тяжёлой польской конницы, знаменитых летучих гусар, а затем организованно отступили, сведя на нет первоначальный успех поляков. Слаженное действие отряда, чёткое выполнение приказов-команд барабаном, высокая воинская дисциплина на поле боя произвели впечатление. Молодой воевода решил организовать русские полки «иноземного строя». Всего за два месяца набранные крестьяне-ополченцы, вооружённые срочно закупленным современным оружием, были обучены премудростям иностранного солдатского дела.

 
Рис.5 Обучение ратных людей обращению с пикой по нидерландскому уставу в лагере М. В. Скопина-Шуйского под Клязиным монастырем (август 1609 г.). Олег Фёдоров.
 

За основу создания войск нового типа была взята Нидерландская модель. Административной единицей в нидерландской пехоте становился полк, небольшой по численности – 800-1000 человек. Он состоял из 10-16 рот. На одну роту нидерландской армии, численность которой не превышала 100 солдат, приходилось два барабанщика, на полк — от 20 до 32 барабанщиков.

 
Рис.6 Полный военный оркестр нидерландской армии (состоящий из барабанщика, флейтиста и музыканта с бунчуком). Гравюра на дереве из иллюстрированной книги сражений, XVII в.
 

Подобный оркестр должен был присутствовать в новой армии воеводы Скопина-Шуйского (рис. 6). Сложные эволюции всем строем с длинными пиками (до 5 метров) или мушкетами требовали ритмичности, темп которым задавали барабаны.

Итак, в начале XVII века в русских войсках появились полки иноземного строя по нидерландскому образцу, а вместе с ними и барабанщики. Новые войска проявили себя с самой лучшей стороны. Разбили войска «Тушинского вора» под Москвой. Выбили из Москвы войска Болотникова, захватившего почти всю столицу, а затем разбили его под Тулой и Калугой, окончательно подавив восстание. Сняли блокаду с Сергиево-Троицкой лавры, и, перерезая вражеские коммуникации, вынудили поляков отступить к Смоленску. Успехи молодого воеводы, называемого в народе вторым Александром Невским, вызвали зависть и опасения верховной власти. В результате дворцовых интриг он был отравлен на пиру дочерью Малюты Скуратова. Через 2 два месяца после гибели воеводы М. Скопина-Шуйского полки были распущены. Реформы приостановлены. Барабаны были забыты, войска вернулись к прежней звуковой системе связи.

Так появление барабанов в начале XVII в России стало просто эпизодом, а организация полков «иноземного строя», и соответственно реформы в армии, отодвинуты на несколько десятилетий. А нет реформ, нет барабанов и барабанщиков.

Впереди был 1612 год…

 

Второй этап — организация полков «иноземного строя»

В тридцатых годах XVII века Россия восстановила свою экономику. Заканчивался срок перемирия с Польшей. Предстояла война за Смоленск. Правительство царя Михаила Фёдоровича ясно осознавало, что русское войско, состоявшее из дворянской конницы и стрелецкой пехоты, не в состоянии сражаться на равных с регулярными войсками. Выход из положения русское правительство видело в создании русских полков иноземного строя и найме полков западных наёмников. Рассмотрим состояние вопроса новейших военных технологий на Западе в это время.

Тридцатилетняя война (1618 – 1638г.), шедшая в Европе, демонстрировала всё возрастающую роль новейших военных технологий. Армии приобретали новый вид. Использование более скорострельных ружей повысило огневую мощь пехотных подразделений. Повышение оптимальной плотности огня позволило уменьшить численный состав рот и повысить их мобильность. Массово начал использоваться новый вид войск – драгуны. Драгуны – пехота, посаженная на коней, способная действовать в пешем строю. Количество барабанщиков для драгунов было такое же, как в пехоте. То есть, фактически, ко-личество барабанщиков в армии увеличилось. Возросла роль оперативного управления, что отразилось и на барабанщиках, и на самих барабанах.

Число барабанщиков в роте, при уменьшении численности её состава, возросло до 2–4 человек. А в полку до 20-40 человек. Увеличение общей численности барабанщиков привело к появлению должности полкового старшины барабанщиков — тамбурмажор, который, в первую очередь, отвечал за согласованность действий подчинённых и чёткости подаваемых команд.

Возросшая роль барабанщика на поле боя, как средство управления войсками, сделало его активной мишенью. Их гибель приводила к дезорганизации отряда, не меньше, чем смерть командира. Наёмники, являющиеся основной силой тридцатилетней войны, и тут нашли своеобразный, но жестокий выход. Они воровали в селениях маленьких мальчиков 8 – 10 лет, (их было труднее убить, чем крупных мужчин) и обучали игре на полевом барабане для подачи военных сигналов. После двух, трёх недель обучения им да-вался выбор: остаться барабанщиком или идти домой. За время обучения армия уходила на большое расстояние от родных мест, и многие ученики оставались в армии. Вот так появились «drummer boy» или полковые юные барабанщики.

Унификации оружия, обмундирования, амуниции стала общим явлением. Барабанщики носят форму не менее причудливую, чем офицеры.

 
Рис.7 Барабанщик времен Тридцатилетней войны.
 

Цвет формы, как правило, соответствуют цвету знамени. Иногда, чтобы подчеркнуть свою значимость, барабанщики носили обратные цвета. Требования унификации переносится и на барабаны. Форма их стандартизируется, при этом, они сами претерпевают изменения: диаметр становится меньше, а высота больше. Барабаны также окрашиваются в цвета знамени полка.

Национальные армии Европы имели свои комбинации ударов для военных барабанных сигналов. Это способствовало поднятию воинского духа, и дезориентировало врага на поле боя, непонимающего какое действие предпримет противник. В XVII веке основными используемыми сигналами барабанщиков были «Внимание», «Строиться», «Готовность», «Марш», «Атака», «Отступить» и другие. Многообразие и развитие этих сигналов привело к качественным изменениям в сигнальной музыке – появлению функций маршевой музыки. «Только во времена Тридцатилетней войны стала проявляться функция военной музыки как «маршевой» и стала зарождаться форма военного марша, не существовавшая раньше…». В данном случае говорится о зарождении музыкального сопровождения марша, но не о движении в ногу под мерный ритм ударных инструментов. Речь идёт о ритмическом сопровождении. Это является изобретением немецких наемников в Тридцатилетней войне.

Русская армия отставала в развитии военных технологий от Запада и опыт создания современных европейских армий был востребован в России. Тридцатые годы стали точкой отсчёта в начале второй организации полков «иноземного строя». Готовясь к войне с поляками, русское правительство потратило громадные деньги на закупку новейших вооружений и наём иностранных солдат и офицеров. Приобретались в том числе и барабаны. Их цена превышала стоимость мушкета в три раза. При активной помощи иностранных специалистов началось обучение и формирование вооружённых по последнему образцу солдатских, драгунских и рейтарских полков «нового строя». К началу русско-польской войны 1632 – 1634 было сформировано 10 русских полков нового строя, численностью до 17000 человек. Полк делился на восемь рот. В каждой роте, по официальным полковым спискам, было три барабанщика.

Интерес представляет оплата барабанщиков в 1632 – 1634 годах. В военное время: немецкий барабанщик получал 8руб. в месяц, русский – 5руб.; в мирное время — по 1 руб 50 коп и немецкий, и русский. Для сравнения: капрал получал в военное время 4 рубля, в мирное – 1 руб 80 коп. Это свидетельствует, что в военное время барабанщики ценились выше капрала.

Смоленская компания закончилась для русских неудачно, несмотря на героизм новых полков. Причин несколько. Дворянская конница, заслуженно видя в новой пехоте угрозу своему существованию, самовольно оставила позиции русской армии под Смоленском, фактически обрекая армию на разгром. Такого просто никогда не бывало в российской армии. «Отличились» и иностранные наёмники. Они полностью оправдали два нарицательных слова, появившихся в Тридцатилетнюю войну. Эти слова: «банда», что означало отряд немецких ландскнехтов и «мародёр» — имя одного из капитанов наёмников. Население, где они проходили, засыпало правительство жалобами на их поведение. Кроме этого, наёмники часто переходили на сторону противника. Разочарование в новой армии после поражения было столь велико, что все иностранцы были высланы из России а все полки иноземного строя распущены. Амуниция, оружие и барабаны (целые, пробитые и основы от них) сданы на военные склады в Туле.

Всё это привело к остановке проведения 2-го этапа реформ и внедрению барабанов. Но при этом значение опыта создания полков иноземного строя чрезвычайно велико. Барабанщик, внесённый в списки полка иноземного строя, впервые становился официальным лицом в русской армии. Это первый шаг на пути его вхождения в состав новой оперативной связи русской армии. Велико было значение и приказов-сигналов барабанщиков, получаемых от иностранных специалистов. Ранее они могли командовать только себе подобными, так как для русских они были язычниками и их просто никто не воспринимал.

 

Третий этап военной реформы

Необходимость в реформах была острейшая, и, учтя ошибки первых двух этапов, уже в 1637 году начался третий этап военной реформы. Характерной чертой нового процесса военного строительства стало совмещение традиций и новаций. Оно пошло двумя путями: организация полков иноземного строя и обучение стрельцов иноземному строю. При этом всё было сделано для того, чтобы новые части не заменяли собой старые, а дополняли их, что позволило им органично войти в состав Русской армии.

К осени 1638 года на юге страны правительство поставило под ружьё 5055 драгун и 8658 солдат. В полках «иноземного строя» во время этого призыва численность барабанщиков достигает 200 человек. С этого момента барабаны появляются и у стрельцов. Они быстро освоили солдатские построения под команды барабана, длинную пику, одно-временно с солдатами у них появились полупики. В феврале 1655 г. при возвращение царя Алексея Михайловича из польского похода, описываются пешие стрелецкие сотни, перед каждой из которых следовало большое знамя в сопровождении двух барабанщиков и сотник с секирой в руке.

В военном уставе 1647 года впервые даётся регламентация, а так же музыкальная характеристика воинских сигналов для «барабанщиков и трубников»: «Битие по барабану всегда для того установлено, чтоб великим и многим людям, которые далече друг от друга не услышат, и барабан бы им надобную мысль известил мочно и по прямому надобе и доседётся тому быть, что разными статьями по барабанам бити, своя статья , как солдату побудити, когда в поход итти, и когда на походе, иное въсполошное время, чтобы недруга как близко подойдёт с оружием встретити; и иной знак… когда нечто выкликати. Иной знак, когда спешно…». Это первый официальный документ на Руси, регламентирующий обязанности барабанщика, как военнослужащего подающего установленные сигналы с помощью барабана (отбивающий барабанные бои). Устав закреплял строевую должность барабанщика, введённую царём Алексеем Михайловичем во всех стрелецких, драгунских частях и полках иноземного строя. Первоначально полагалось 2 барабанщика на роту, позже их число многократно менялось. В бою барабанщики использовались как посыльные и для выноса раненых. Были еще и «солдаты малые барабанщики» — подростки, ученики барабанщика, обычно солдатские же сироты. Став учеником барабанщика, солдатский сын-сирота получал в 10 раз больше, что существенно поддерживало семью материально. Так в Бутырском полку уже в начале 1670 года числилось 195 «барабанщиков малых робят» не считая 40 взрослых барабанщиков. Специально для учеников изготавливались «барабны клинчатые, малой руки». Они отличались и парадной формой одежды – немецкими кафтанами. Комплекты «немецкого платья» для барабанщиков — музыкантов на парадах: кафтаны и штаны красного сукна с черными петлями и кружевами, шляпы, чулки, башмаки. Малые барабанщики были и в России, и на Западе, но положение их было различным. В России это были ученики, а не солдаты посылаемые в бой (рис.8).

 
Рис.8 Малые сиповщик и барабанщик московских выборных солдатских полков в парадных костюмах. Из книги «Московские выборные полки солдатского строя».
 
Рис.9 Солдат выборного Бутырского полка. На заднем плане виден барабанщик, который ничем по форме не отличается от солдата.
 

Русский барабан XVII в. конструктивно отличался от европейских. У европейских кадло шпоновое гнутое. У русского — наборное из дощечек (типа боченка) и обтянутое тканью. Три лозовых обруча прибиты к дощечкам изнутри деревянными и металлическими гвоздями. Сам барабан состоял из деревянного кадла, или «лукошка», и двух обручей для натягивания кож. Барабанные «лукошки» по ткани покрывались росписью или позолотой. На изображениях того времени роспись барабанов представлена в виде вытянутых равнобедренных треугольников, или «клиньев», раскрашенных в «мундирные» цвета полков. Существовали, очевидно, и другие варианты раскраски. Носили барабаны на кожанных или шёлковых перевязях с металлическими крюками, пряжками и запряжниками. Судя по документам 2-й половины XVII в. «тесьмы барабанные» были длиной в два аршина (144 см), а шириной 1,5 вершка (6,75 см). Для предохронения барабанов от сырости и прочих повреждений служили чехлы или чемоданы, строившиеся, как правило, из разноцветного сукна.

Важным этапом было начальное обучение. Это был сложный момент, так как своих барабанщиков и других специалистов не было. Для обучения привлекались иностранные специалисты, которые давали письменное обязательство учить русских людей. Во второй трети XVII века крупными центрами обучения являлась не только Москва, но и Заонежье, и Севск. Так в Заонежские погосты направили для «драгунского и салдатцкого учения» — 2 полковников, 28 капитанов, 31 сержанта, 10 барабанщиков и одного трубача. В Севск прибыло 62 иноземных инструктора разных чинов. Налицо установившееся система обучения военному делу, в том числе и барабанному бою, и последовательность проведения её в жизнь. Таким образом войска получали обученных барабанщиков в необходимом количестве.

Стрельцы – элита русских войск, сословие подобно дворянскому, пользовалась огромным уважением в обществе. Стрелецкое звание передавалось по наследству и сын становился стрельцом, в том же приказе (полку). Это была активная часть общества, и исторических данных о них чрезвычайно много. Так барабанщики, изображённые на исторических документах XVII века известны в основном стрелецкие.

В Европе барабанщики выделялись своей одеждой. В России же в XVII в. барабанщики стрелецких полков не имели никаких особенных отличий в цвете и покрое одежды от прочих чинов. Во всяком случае, ни изобразительные, ни документальные источники о таковых не сообщают. То же самое касается и полков «иноземного строя» (рис. 10).

 
Рис.10 Фрагмент акварели «Чертеж изображения в лицах отпуска стрельцов в судах водяным путем на Разина». «Барабанщик из малолетних стрельцов» – подлинный портрет юного барабанщика XVII века.
 

Репродукции с изображением барабанщиков в Европе появились в начале XVI века, в Московском государстве – во второй пловине XVII века. Это подтверждает, что барабаны появились на Руси позднее, чем в Европе. Причём изображали, как правило, стрельцов, мушкетёров российского государства, а не солдат полков иноземного строя.

Фрагмент миниатюры, изготовленной в 1663 году и представленный на рис.11, не должен никого вводить в заблуждение по временным параметрам. Барабанов у стрельцов на момент венчания М. Романова 11 июня 1613 года не было. Художник взял за основу стрельцов барабанщиков в парадных дворцовых кафтанах времён Алексея Михайловича Тишайшего (дворцовые кафтаны выдавались на время приёма из царских кладовых, а потом сдавались). Они отличались от формы стрельцов, присутствующих, как правило, на дворцовых приёмах. Барабаны у стрельцов появились только к середине XVII века.

 
Рис.11 Фрагмент миниатюры «Венчание М.Романова». Стрелецкие барабанщики на приёме по случаю венчания царя.
 

Следы барабанов мы находим в различных событиях того времени. Например, стрелецкий бунт 1682 года. Некоторые историки видят его как восстание Московского гарнизона, победившего и продиктовавшего свои условия правительству. Для нас важны два пунта: первый требовал, чтобы изготовление всех барабанов было передано в Стрелецкий приказ; второе, — чтобы работа по их изготовлению оплачивалась. Вот так стрельцы монополизировали производство барабанов.

Реформа привела к росту как полков «иноземного строя», так и стрелецкого войска. Причем росло количество, в основном, именно Московских стрелецких приказов, что говорит о более высоком статусе стрельцов. Полки солдатского строя вместе с драгунами имели численность в 1680 году около 100000 тысяч человек. Это означает, что численность барабанщиков в русской армии превысила 2000 человек, а в полках появились команды барабанщиков, численностью до 20 человек и более. Помимо должности солдата барабанщика, в полках появилась должность «старшина барабанщиков». Разные полки армии, где иностранные специалисты по разному готовили барабанщиков, начали создавать единую национальную русскую систему барабанных сигналов, в соответствии с требованиями новой армии. Так начинала зарождаться русская школа военных барабанщиков.

Считается, что рождение новой армии произошло в 1678 году в битве под Чигириным, где «московиты» нанесли поражение дотоле страшным для Москвы османам. В ходе этого сражения Московский полк, окруженный турками, под барабанный бой с развёрнутыми знамёнами построился в каре и отбил атаки противника огнем полевых пушек и ружейными залпами, нанеся ему поражение. Турецкие военачальники признавали, что были удивлены доблестью русской пехоты. Одновременно с победой над внешним врагом была одержана другая, не менее значимая победа. Была создана новая армия. После Чигирина Оттоманская империя еще не истощила своих сил, но с Московией воевать уже не хотела. Это означало только одно: реформы завершены, и новая армия готова к отпору и может защищать интересы своей страны. Присоединение восточной Украины, возвращение Смоленска увеличило силу государства, и теперь Европе приходилось уважать «московитов». Полки «иноземного строя» перестали существовать, отныне на их месте появились солдатские полки.

В результате реформ в российской армии в XVII веке была создана современная система звуковой оперативной связи, включающая в себя барабанщиков. Все барабаны для нужд армии изготавливались в России. Старая система, имевшая в качестве звуковых средств оперативной связи набаты, тулумбасы, накры, — исчезла к концу XVII века. Обучение барабанному бою началось вместе с проведением самих реформ, и первыми учителями были иностранные специалисты. Однако уже с 50-х годов XVII века барабанщиков стали готовить в полках, включая и учеников – малых барабанщиков. На службе к концу века было одновременно более 2000 строевых барабанщиков, которые находились как в составе пехоты: солдатских и стрелецких полков, так и конницы: драгунов, рейтаров, гусаров. В полках появились команды барабанщиков, которые подчинялись, так называемым «старшинам барабанщиков». Количество стало переходить в качество, заговорили о русской военной школе барабанщиков. Впервые на Руси в армии введён официальный документ – устав, регламентирующий обязанности барабанщика, как военнослужащего, подающего установленные сигналы с помощью барабана. Устав закреплял строевую должность барабанщика. Военные барабанщики прочно заняли свое место в армии. Вот так барабаны появились и утвердились в Российской армии, а вместе с ней и в России.